Логин:
Пароль:
Регистрация
Забыли свой пароль?
Войти как пользователь:
Войти как пользователь
Вы можете войти на сайт, если вы зарегистрированы на одном из этих сервисов:
ПРОБОВАТЬ БЕСПЛАТНО
Управление и финансы

Об исполнении денежного обязательства

12.06.2019
Позиция истца
Позиция ответчика
Решение суда первой инстанции
Суд апелляционной инстанции
Суд кассационной инстанции


Основные тезисы
  1. Как известно, обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями законодательства, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычно предъявляемыми требованиями.
  2. На практике нередко случаются ситуации, когда стороны денежного обязательства не могут прийти к согласию об его объеме и исполнении.
  3. В рамках данной статьи на примере из судебной практики рассмотрим один из случаев, в котором субъекты хозяйствования не пришли к согласию о применяемом в рамках соглашения тарифе на оказываемые услуги. 
Между организацией водопроводно-канализационного хозяйства (далее – организация ВКХ, истец, апеллянт) и исправительным учреждением открытого типа (далее – ИУОТ, ответчик, кассатор) заключен договор на поставку воды и прием сточных вод. В приложении к договору объектом водоснабжения и водоотведения названо общежитие, расположенное по адресу: «Адрес». 
В подтверждение назначения капитального строения (здания) ИУОТ представлены технический паспорт и свидетельство о государственной регистрации недвижимого имущества.

В соответствии с п. 2.1 договора расчеты за воду, потребленную «Абонентом», и принятые от него сточные воды осуществляются по тарифам для соответствующих групп потребителей, утвержденным в соответствии с действующим законодательством Республики Беларусь и действующим на момент оплаты.

В соответствии с частью второй п. 2.2 договора источник финансирования – республиканский бюджет.
Принимая во внимание, что помещения общежитий включены в состав жилищного фонда, плата за потребленную воду и услуги водоотведения исчислялась исходя из тарифов для физических лиц. Направленные счета-фактуры оплачивались ИУОТ в полном объеме. 

В ходе исполнения договора установлено, что общежитие использовалось в качестве исправительного учреждения для содержания осужденных лиц, в связи с чем применению подлежал тариф для иной группы потребителей – юридических лиц. 
В результате этого образовалась задолженность в виде разницы в тарифах для населения и юридических лиц в размере 26 000 руб. 

Поскольку направленная претензия об оплате задолженности не была удовлетворена, организация ВКХ обратилась в суд за ее взысканием.


Позиция истца

В силу положений п. 7 ст. 10 Жилищного кодекса Республики Беларусь (далее – ЖК) помещения исправительных учреждений, арестных домов, мест содержания под стражей и иные подобные помещения в состав жилищного фонда не включаются.
При рассмотрении вопроса о подлежащем применению тарифе следует руководствоваться не назначением капитального строения (здания), указанным в техническом паспорте и свидетельстве о государственной регистрации недвижимого имущества, а фактическим использованием капитального строения (здания).

В соответствии с частью 2-1 ст. 48 Уголовно-исполнительного кодекса Республики Беларусь (в редакции, действовавшей во взыскиваемом периоде; далее – УИК) норма жилой площади на одного осужденного в исправительном учреждении открытого типа не может быть менее 3 кв.м. Стоимость предоставляемых коммунальных услуг возмещается осужденными ежемесячно исходя из фактического потребления этих услуг в натуральном выражении на основании данных индивидуальных или групповых приборов учета, а при их отсутствии – на основании норм (нормативов) потребления, устанавливаемых местными исполнительными и распорядительными органами, а также тарифов на коммунальные услуги, устанавливаемых в соответствии с законодательными актами Республики Беларусь, в порядке, определенном Министерством внутренних дел Республики Беларусь.
Согласно п. 13 Закона Республики Беларусь от 19.07.2016 № 405-З «О внесении изменений и дополнений в Уголовно-исполнительный кодекс Республики Беларусь» часть 2-1 статьи 48 после слов «коммунальные услуги» дополнена словами «для населения».

В силу ст. 2 данного Закона изменения вступили в силу через шесть месяцев после официального опубликования (23.01.2017), обратная сила указанному изменению придана не была.
Исходя из комплексного анализа приведенных норм в их системном взаимодействии во взыскиваемом периоде оплата за потребленнную воду должна была производиться по тарифам для юридических лиц.

Согласно ст. 290 Гражданского кодекса Республики Беларусь (далее – ГК) обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями законодательства, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычно предъявляемыми требованиями.

В соответствии с частью второй п.  1 ст. 394 ГК в предусмотренных законодательством случаях применяются цены (тарифы, расценки, ставки и т.п.), устанавливаемые или регулируемые уполномоченными на то государственными органами.
В связи с этим своевременная оплата поступивших счетов-фактур со стоимостью потребленной воды и оказанных услуг водоотведения, исчисленной исходя из тарифов для населения, не освобождает ответчика от исполнения обязательства в полном объеме, т.е. от доплаты разницы между тарифами для населения и юридических лиц во взыскиваемом периоде. 
Отсутствие бюджетного финансирования не указано в главе 26 ГК в качестве самостоятельного основания прекращения обязательства. 


Позиция ответчика

ИУОТ исковые требования не признало. Ответчик отметил, что в рамках взыскиваемого периода сторонами подписан акт сверки, подтверждающий отсутствие долга. Поскольку в текущем финансовом периоде (взыскиваемом) задолженность отсутствовала и дополнительные счета-фактуры в его рамках не поступали, производить оплату не представляется возможным по причине отсутствия бюджетного финансирования.
 
Принимая во внимание, что исправительное учреждение фактически располагалось в здании, отнесенному к жилищному фонду (общежитии), основания для применения тарифа для юридических лиц отсутствуют.
Учитывая принцип равенства граждан, закрепленный в Конституции, принимая во внимание, что осужденные, являясь конечными потребителями воды и услуг водоотведения, не лишены права на применение тарифа для населения, плата за потребленные услуги для ИУОТ должна исчисляться исходя из тарифов для физических лиц. 

В случае удовлетворения исковых требований у ИУОТ возникнет право регрессного требования к осужденным, что в конечном итоге нарушит предоставленные им законом права.


Решение суда первой инстанции

Суд первой инстанции, признавая доводы сторон заслуживающими внимания, производству по делу приостановил, для целей правильного и всестороннего разрешения спора направил в Министерство жилищно-коммунального хозяйства и департамент исполнения наказаний Министерства внутренних дел запросы о применении в рассматриваемых отношениях тарифов.
Департамент исполнения наказаний, рассмотрев запрос суда, посчитал верным применять тариф для населения, поскольку осужденные возмещают ИУОТ затраты на потребленные ими услуги и зарегистрированы по месту пребывания в ИУОТ. Кроме того, стоимость оказанных услуг, исчисленная исходя из тарифов для населения, компенсирована за счет перекрестного субсидирования, применяемого при расчете себестоимости жилищно-коммунальных услуг.

Министерство жилищно-коммунального хозяйства посчитало необходимым применять тариф для юридических лиц, поскольку договор на поставку воды и прием сточных вод заключен между субъектами хозяйствования. Также министерство обратило внимание, что в силу положений ст. 10 ЖК помещения исправительных учреждений, арестных домов, мест содержания под стражей и иные подобные помещения не включаются в состав жилищного фонда.

Суд первой инстанции удовлетворил исковые требования частично в размере 1500 руб., в удовлетворении оставшейся суммы в размере 24 500 руб. отказал.
Оценив собранные в ходе рассмотрения дела материалы, суд пришел к выводу о необходимости применения в рассматриваемом споре тарифов для юридических лиц.

Вместе с тем истец, являясь организацией, оказывающей жилищно-коммунальные услуги, во взыскиваемом периоде выставлял ответчику счета-фактуры, в которых применял для расчета подлежащих оплате сумм тарифы для населения в отношении лиц, отбывающих наказание. 

В соответствии с частью второй п. 1 ст. 375 ГК суд также вправе уменьшить размер ответственности должника, если кредитор умышленно или по неосторожности содействовал увеличению размера убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, либо не принял разумных мер к их уменьшению.

Указанными действиями, по мнению суда, истец причинил ответчику убытки в размере 26 000 руб., т.к. в силу части 2-1 ст. 48 УИК стоимость оказанных ответчику услуг возмещается осужденными.
В связи с чем в результате неверно примененного истцом тарифа и увеличения суммы подлежащих оплате коммунальных платежей у ответчика имеются основания для взыскания стоимости жилищно-коммунальных услуг с лиц, отбывавших наказание во взыскиваемом периоде.

Исходя из установленных судом обстоятельств, вины сторон договора в ненадлежащем исполнении его условий в части оплаты стоимости оказанных услуг, суд пришел к выводу о наличии оснований для применения п. 1 ст. 375 ГК. Таким образом, исковые требования удовлетворены частично в размере 1500 руб. В удовлетворении иска в оставшейся части суд отказал.


Суд апелляционной инстанции

Не согласившись с решением суда первой инстанции, истец подал апелляционную жалобу, в которой просил изменить решение экономического суда в части отказа в удовлетворении исковых требований на сумму в размере 24 000 руб.
В обоснование апелляционной жалобы апеллянт отметил, что судом первой инстанции верно определен тариф, подлежащий применению во взыскиваемом периоде. Суд, частично удовлетворяя исковые требования, соглашается с истцом, что неверное выставление счета и перечисление денежных средств в меньшем размере, чем это предусмотрено обязательством, не освобождает ответчика от оплаты оказанных услуг в полном объеме. Вместе с тем выставление счетов-фактур с меньшими суммами, по мнению суда, привело к возникновению убытков у ответчика.

Таким образом, суд, признавая правомерным требование истца в части взыскания задолженности и указывая, что данное правомерное требование приводит к возникновению убытков у ответчика, приходит к взаимоисключающим выводам, поскольку действующее законодательство не содержит положений, согласно которым правомерные требования к должнику о надлежащем исполнении обязательств могут признаваться действиями, нарушающими права самого должника.

В соответствии с п. 1 ст. 375 ГК в случае если неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства произошло по вине обеих сторон, суд соответственно уменьшает размер ответственности должника.
По смыслу приведенной нормы, положенной в основание судебного решения, подлежит уменьшению исключительно ответственность должника перед кредитором, которая возникла вследствие неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства по вине обеих сторон. Возможность уменьшения размера обязательства п. 1 ст. 375 ГК не предусмотрена. В связи с чем вывод суда о возможном применении в рассматриваемом споре положений части первой ст. 375 ГК основан на неправильном толковании нормы материального права. 

Также апеллянтом отмечено, что поскольку в рассматриваем деле взысканию подлежала задолженность (денежное обязательство), определение степени вины сторон в начислении платы во взыскиваемом периоде по иным тарифам, чем это предусмотрено законодательством, не имело правового значения для правильного рассмотрения спора, т.к. оплата в меньшем размере не освобождает ответчика от оплаты оказанных услуг в полном объеме.

Поскольку допущенное неверное применение нормы материального права повлияло на исход рассмотрения спора, принятое решение в части отказа в удовлетворении исковых требований на сумму в размере 24 000 руб. подлежит отмене.
Ответчик также не согласился с решением суда первой инстанции, полагал необходимым в рассматриваемом споре применять тарифы для населения. В поддержку своей позиции ответчик ссылался на разъяснения департамента исполнения наказаний.
Вместе с тем апелляционная жалоба ответчиком об отмене решения суда первой инстанции не подана.
Суд апелляционной инстанции удовлетворил апелляционную жалобу и изменил решение первой, удовлетворив исковые требования в полном объеме.

В постановлении отмечено, что поскольку предметом исковых требований является денежное обязательство, а не ответственность должника перед кредитором, к спорным правоотношениям неприменимы положения ст. 375 ГК.
Также суд апелляционной инстанции со ссылками на ст. 10 ЖК, ст. 48 УИК поддержал вывод суда первой инстанции о необходимости применения в спорных правоотношениях тарифа для юридических лиц. 


Суд кассационной инстанции

Ответчик, не соглашаясь с вынесенными судебными постановлениями, обратился в судебную коллегию по экономическим делам Верховного Суда (далее – судебная коллегия). В кассационной жалобе кассатор просил состоявшиеся судебные акты отменить и направить дело на новое рассмотрение.
Судебная коллегия, признавая обжалуемые судебные постановления законными и обоснованными, не нашла оснований для их отмены. 

В постановлении отмечено, что доводы ответчика о надлежащей оплате выставляемых истцом счетов-фактур, о чем подписан акт сверки, о невыставлении ему дополнительных счетов-фактур в порядке, установленном условиями договора, с учетом характера заявленного требования (взыскание основного долга) правового значения не имеют. 

Ссылка ответчика на неопределенность в вопросе о тарифах, которые должны применяться к осужденным, на нарушение их конституционных прав при возложении на данных лиц всей взысканной в пользу истца суммы не может быть принята во внимание, поскольку данные вопросы выходят за рамки предмета судебного разбирательства, а согласно договору источником финансирования является республиканский бюджет.

Каких-либо иных доводов, основанных на доказательствах, которые бы имели юридическое значение для переоценки выводов нижестоящих судов, кассационная жалоба не содержала.
Исходя из выводов судов, совершенных по результатам рассмотрения дела, необходимо отметить следующее.
Частичное исполнение денежного обязательства, основанное на информации, содержащейся в платежных документах, не освобождает должника в пределах исковой давности от исполнения его в полном объеме и не лишает кредитора права такого требования.

Отсутствие бюджетного финансирования не выступает в качестве одного из оснований прекращения обязательства (как указано в гл. 26 ГК).  
По смыслу п. 1 ст. 375 ГК подлежит уменьшению исключительно ответственность должника перед кредитором, которая возникла вследствие неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства по вине обеих сторон. Возможность уменьшения размера обязательства данной нормой не предусмотрена.


Максим Прокофьев, юрист